О Божественном заступничестве Русской земле

О Божественном заступничестве Русской землеВпрочем, самоутверждение русской правящей династии в глазах Европы начинается с 90-х годов XV века, когда на государственной печати Ивана III появляется двуглавый орел — геральдический символ Священной Римской империи. Самым заметным идеологическим предприятием последующего времени является Никоновская летопись, созданная в конце 20-х — начале 30-х годов XVI в. при личном участии митрополита Даниила57. Защита Православной веры, борьба с еретиками, обоснование автокефалии Русской церкви, отстаивание имущественных интересов митрополичьей кафедры и права монастырей на владение селами с населяющими их крестьянами — вот круг животрепещущих вопросов, волновавших составителей летописного свода. Но митрополит Даниил не упускал из вида и аспекты «большой» политики: великий князь Иван III последовательно титулуется «самодержцем и царем», Василий III — «православным царем»; преемственность от византийского наследства подчеркивается упоминанием «Мономаховой шапки», украшавшей головы российских венценосцев; рассказ о падении Константинополя в 1453 г. дополнен так называемой «Хронографической» редакцией Повести Нестора-Искандера58, сопровождавшейся многозначительным пророчеством о судьбе города: «пишет бо: Русии же род с преждесоз-дателными всего Измаилта победят и Седмохолмаго приимут с преж-дезаконми его и в нем въцарятся».

Значительно усилена тема о Божественном заступничестве Русской земле: под 1392 г. вставлена Пахо-миевская (2-я) редакция Жития Сергия Радонежского с описанием явления преподобному Сергию Богородицы с апостолами Петром и Иоанном Богословом, в котором Пречистая обещала покровительство «святому месту сему»; под 1395 г. читается Пахомиевская редакция Повести о Темир-Аксаке с добавленным эпизодом о явлении парящей в воздухе Богородицы со «множеством воинства», «претящей люте» азиатскому завоевателю,— в результате чего грозный Тимур «устреми-ся на бег», гонимый гневом Божиим. Конечно, в летопись перенесен основной тезис Повести о написании иконы Владимирской Богоматери апостолом Лукой. Самыми выдающимися историко-литературными трудами XVI в. являются Степенная книга и Лицевой летописный свод Ивана Грозного. В Степенной книге, составленной, по убедительному заключению П. Г. Васенко, в начале 1560-х годов царским духовником и протопопом придворного Благовещенского собора Андреем (позже — митрополит Афанасий), Русская история представлена по «степеням» — правлениям великих князей, биографии которых приближены к житиям святых.

Списки Ундольского и Першинский

Списки Ундольского и ПершинскийСписки Ундольского и Першинский сближаются чтениями: «приказываше про отчину свою» (Унд., л. 45; Перш., л. 517) — в других списках первого слова нет; «отпустити во Тверь» (Унд., л. 49 об.; Перш., л. 523) — в других списках выделенные слова отсутствуют. Более поздний Першинский список не является копией списка Ундольского49. Следовательно, оба списка восходят к общему протографу. Протограф списков Ундольского и Першинского не может при этом восходить к Уваровскому списку, в котором имеются ошибочные чтения: «безаннии» (л. 214 об.), «берменъ» (л. 215), «въстъ» (л. 223 об.), «убие» (л. 225), в списке Ундольского и Першинском правильно — «безаконнии», «бесермен», «въставъ», «убиение». Читать полностью

Житие князя Михаила Ярославича

Житие князя Михаила ЯрославичаВ основу положена Никоновская летопись, дополненная Сказанием о происхождении русских князей от императора Августа и многочисленными житиями святых, некоторые из которых сочинены специально для Степенной книги (например, жития князя Владимира и княгини Ольги). Последующее изложение ведется по памятнику официального происхождения — Летописцу начала царства. Степенная книга является ярким выражением идеологии Московского православного царства:  Читать полностью

Старшинство тверской княжеской династии перед московской

Старшинство тверской княжеской династии перед московскойВ этой редакции рассказано о мученической кончине в Орде тверского князя, казненного по приказу хана Узбека 22 ноября 1318 г., последовавших затем чудесах и, наконец, о захоронении князя Михаила в Твери 6 сентября 1319 г. Житие написано по типу произведений о князьях-мучениках, хотя собственно мотив страданий за веру здесь отсутствует. На первый план выдвинута идея о гражданском долге и ответственности правителя перед своим народом, понимаемая в христианском смысле и выраженная словами Евангелия: «Аще кто положитъ душю свою за другы своя, сей великый наречется въ царствии небеснТмъ» (ГИМ, Увар., № 184 (4°), л. 211). Автор Жития, лицо явно духовное, являлся «самовидцем» воспитания и «добронравного возраста» тверского князя, называет его «своим господином» и описывает события, произошедшие в «послТдняя времена, во дни наша». Автор был очевидцем смерти Михаила, судя по выражению: «Горесть бо намъ воистинну, братие, въ той час бысть, видЬвъшимъ таку смерть поносную господина своего князя Михаила Ярославича» (л. 226),— следовательно, ему же принадлежит описание подробностей о пребывании князя в ханской ставке и его мученической смерти. Не видно, чтобы автор сопровождал тело убиенного князя в конце 1318 г. при следовании до Москвы, так как описывает произошедшие чудеса со ссылкой на различных свидетелей и со слов некоего иерея — «от него же мы слышахом и написахом» (л. 228). Очевидно, автор оставался в Орде вместе с плененными тверичами и вернулся на Русь на «другое лТто». Во всяком случае встречу в Твери гроба с телом Михаила Ярославича, привезенного из Москвы, и его погребение в городском Спасском соборе 6 сентября 1319 г. автор описывает живо и с подробностями. Со времен Филарета (Гумилевского) предполагается, что автором Жития Михаила Ярославича является игумен Александр, сопровождавший тверского князя в его поездке в Орду. В. А. Кучкин считает, что Житие написано вскоре после похорон Михаила Ярославича в Твери, в конце 1319 — начале 1320 г.3 Однако более вероятной представляется другая датировка. Следует обратить внимание на то, что Михаил Ярославич в тексте Жития довольно последовательно титулуется великим князем Владимирским, даже тогда, когда он этого титула формально лишился, князь же Юрий Данилович ни разу великим князем не назван. При этом всячески подчеркивалось старшинство тверской княжеской династии перед московской.

← Раньше